markovskaya1: (мм)
Бенцион показывает мне пирог, и говорит: "Ты только посмотри на него? А? Ты это видишь? Если ты его не покушаешь, то ты же пройдешь мимо себя, дура! Хана пекла. Моя Хана! Она положила туда свое сердце, ты видишь? Если бы твоя мать увидела такого пирога, она бы заложила в ломбард последнюю юбку!"
А в этот момент как нарочно идет моя мать в веселых узбекских штанах.
Говорит: "Беня, ты чего?"
Бенцион: "Аня, ты видишь этого пирога? И эта твоя худая дура мне говорит "ой, неудобно", как будто это не пирог, а свинья".
Мама забирает пирог, сует в сумку, говорит: "А чего это она худая?.. Спасибо, Бенечка, Хана пекла?"..
И уходят вдвоем вдоль ручья с шершавым названием Мишушим.
А я, между прочим, стою где стояла. Без пирога, без матери в штанах, без Бенциона Залмановича, 1921 года рождения.
markovskaya1: (мм)
Посреди рынка стоят Бенцион, Исаак Михайлович и Сенечка. Бенцион громко ругается:
- Нет, смотри, Исаак! И ты, Сеня, смотри!..
Трясет пакетом, в пакете овсянка.
Исаак Михайлович:
- Бенцион Залманович, это овсянка?
Сенечка:
- Это квакер.
- Это, - Бенцион делает трагический голос, - конечно же, овсянка!.. Да-да, Сенечка, это овсянка!!! Это, ебаный квакер! И он мне за него ответит!..
Исаак Михалович:
- Кто?
Сенечка:
- За кого?
Бенцион:
- Я у него что просил?
Исаак Михайлович и Сенечка в голос:
- Что?
Бенцион торжественно:
- А я у него просил гречу!!!!
Исаак Михайлович:
- Действительно, нехорошо!
Сенечка:
- И что?
Бенцион:
- А то. Я тут уже почти тридцать лет. И каждую неделю иду покупать эту гречу!.. А этот мне все время дает свой ебаный квакер!..
Исаак Михйлович:
- Бенцион Залманович, ну так пора привыкнуть.
Сенечка:
- А ты в другой раз попроси у него квакер, вдруг он тебе даст гречку?
Бенцион грозит кулаком в сторону друза-бакалейщика:
- Ууу, блядь, немчура!..
Друз смеется и приглашающе рукой машет.
Эта сцена с небольшими вариациями раз в неделю повторяется. Бенциону 92 года, он привычек своих уже не меняет. Сенечке, к слову, 84. И только Исаак Михайлович почти юноша – 76.
Живу среди сплошных иудейских древностей.
markovskaya1: (мм)
Геннадзий говорит: «Приехал из Парижа. Придумал фразу мандельштамовской мощи. На вопрос «как было?» я теперь томно отвечаю «Нда… Париж нынче не тот!».. Вообрази: это приводит людей в замешательство!» 
markovskaya1: (мм)
новые опыты, да. вызывала тут по случаю скорую помощь одному пожилому алкоголику. пока пристально следила за симптомами белой горячки, психические санитары прибыли, один прежде из машины выпрыгнул. поразил, надо сказать - огромный, как медведь. зовут Моше, Моисей значит. пока объясняла ему что-когда из кареты второй выкатил носилки, обернулась на него - оторопела: еще здоровей, на голове кипа. носилки одной рукой брал, наземь ставил. имя ему оказалось Соломон. еще была женщина с фонендоскопом, но та обычная. как зовут - не выяснила, но не поручусь, что не Сарра или Рахель. никогда не привыкнуть. хеее. Моисей, Соломон и Сарра, а? дурдом на выезде, буквально.
markovskaya1: (мм)
всякое смешное происходит. смотрели очередной дом с целью купить и жить. поразительно выглядела фреска на центральной стене. реально - фреска. на которой разумеется белый единорог, везущий голую леди Годиву в березовую (почему-то) рощу. и конь и леди в натуральную величину. написано со всей серьезностью. ну, знаете, когда заметно, что художник очень старался. почему-то здорово напомнило росписи на стенах в детских садиках - ярко, смешно и нелепо.
ко фреске совершенно бонусом шел батут для прыганья, занявший почти весь бэк-ярд. нормально если на таком подпрыгнуть, то иди знай, где приземлишься. небось, в Цфат куда-нибудь улетишь. Ольга спрашивает: "а чего не купили? бабу на лошади можно и закрасить..." говорю: "так там дом только через год освободится..." "ммм, - отвечает Оля. - ну и правильно. а то они за год вам весь батут пропрыгают..."
хозяин-израильтянин, фреской своей ужасно гордясь, свет пролил. что сделало понятным отъезд Годивы в березовые кущи. жена у него с Украины. а рисовал эту бабу с золотыми волосами на серебряном коне ее, жены, значит, брат. "хороший художник, - сказал хозяин, - он даже Шона Коннери  однажды нарисовал. очень похоже". судя, конечно, по живописи и Шону Коннери брат-художник в клубе рисовал киноафиши.
а может я зря. может, он вообще червонцы рисовал. очень похоже. хеее. 
markovskaya1: (мм)
Артисту Коврижных хвастаюсь своими театральными доблестями
- Вот, - говорю, - играю роль второго плана. В спектакле "Репка"
- Ммм, - говорит Шурик с пониманием, - Избушку?.
(а чего, кстати, избушку? она там не фигурирует. ну, может, он канон забыл?)
- Не, - говорю, конечно же вря, - Ботву.  
- Не говори так! - Сашка все-таки очень добрый и интеллигентный человек - это, наверное, роль Вершка... И вообще красиво - вершок! Возьми себе фамилию "Марковская-Вершок"! Ах!.
Марковская-Вершок - и впрямь ужасно красиво. В цирке можно выступать.
markovskaya1: (мм)

На репетиции вчера режиссер говорит:

- Наталья Константиновна, вот ваша героиня, она…ну как бы сказать… Она хорошая очень. Застенчивая, скромная… Она – старая дева, всю жизнь при доминантной матери. Понимаете?.. И тут – впервые! – к ней мужчина обращается. С интересом! Что она должна чувствовать?

- Ну, мне кажется, она должна его метлой шугануть…

- Нет-нет! Что вот у нее в душе? Она ведь уже немолодая… Слушайте, Наталья Константиновна! А давайте мы вам горб сделаем! Сразу же ведь образ: старая дева, горбунья… Хорошо же?

- Ничего хорошего.

- Теперь вы, Семен. Что-то вас привлекло в ней. Настолько, что вам плевать, что она горбунья. Вы этого даже не замечаете!.. Вы, городской бонвиван, социалист, разглядели за этой неказистой внешностью ее душу! А?.. Настолько прекрасную, что вам плевать, что она хромая!..

- Погодите. Как хромая? Предполагался горб!

- Да-да! Она – хромая горбунья! Просто горб – скучно!

- Хм… Я, значит, хромая горбунья, а он – социалист и городской бонвиван. По идее, он ею не увлечется.

Семен:

- Да, если не извращенец. Один вон – я читал где-то -  западал на баб с протезом ноги. А их, кстати, не так много…

Наталья Константиновна:

- Нда.. Она – хромая горбунья. Он – социалист-извращенец… У нас точно классический театр?..

markovskaya1: (Default)
Стоит-кричит на все наше село хорошая баба Наташа, руки в боки, кричит внутрь дома что-то нащет того, что «на белое будешь в гробу смотреть, сволочь, если родственники раскошелятся».
Орет на иврите, а я мимо иду, и спрашиваю так ли я ее крик поняла. Хорошая баба Наташа отвечает, что все правильно, и попутно говорит, что ругается она на маляров, которые ей там что-то с белой краской попутали.
Подвох нутром чуя, уточняю, откуда такие – про гроб – ассоциации. Оказалось – как знала – история на мильон. Наташа, покуда была еще хорошей девкой, жила в городе Харьков, УССР. В 90-е, перед эмиграцией аккурат, работала в кооперативе. Кооператив был ритуальных услуг, поставлял гражданам гробы собственного изготовления.
Гробы были так себе качества, разве ж «Нимфа» товар дает?.. Иной раз ну совсем грубятина, мужики края рубанком ровняли. Дефицит был, кроме того, тотальный, а гробы надо изнутри обивать, чтоб пристойно, значит. Когда не было чем обивать, брат хозяина кооператива привозил для этих целей свадебные платья.
Поскольку семейный бизнес охватывал ключевые людские потребности, у одного брата была гробовая контора, а у второго прокат свадебных принадлежностей – фраки, там, бутоньерки, то, се, разный флердоранж. Платья после иной свадебной церемонии ни на что другое не годились – только гроб обить.
Хорошая баба Наташа говорит, что сильно-то они на этом не наживались. Братья-кооператоры, в смысле. Горе есть горе, грех это. Свадебный брат просто прокат в другой раз дороже делал.
А что касается внутренней обивки гробов, то иногда были, конечно, белые, как яйцо. (Наташа произносит «ёйцо», такой у нее выговор: «гляди-ко, Ривка ёйца понесла, от блёдь») А другой раз и кремовые, или даже беж, «это ж не всегда угадаешь, какое оне платьё-то на свадьбе обратно засрут».
markovskaya1: (Default)
Настоящим продолжаю жаловаться на невозможность разместить фоты, но готова отнести это на счет своей абсолютной технической глухоты. (А другим вот хоть бы хны – постят, глаза б не глядели!)
А сфотографировала я сегодня двух безнадежно пожилых людей, сидевших под сенью древ. Благостные старички, оба в шортах, но как это у советских принято, сандалии надеты на носки. Не готов, конечно, еще наш соотечественник разоблачить ступни, будь он хоть на экваторе, что уж говорить про тутошние умеренные палестины. Неважно. К шортам полагались в одном случае футболка с надписью на иврите «Школа Нофей Голан», в другом – рубашка льняного вида, вполне себе конвенциональная. Поверх были кепка и панама.
Целый день говорила себе про «незабытьзаписать», так как (плевать, как они выглядели!) разговор их был пленителен и целебен во всех смыслах:
- Вот ведь бальзамировали раньше покойников.
- Да! Наши даже продавали бальзамы китайцам, помнишь, когда Мао ихний помер?.. Советская власть всем помогала. Да. Я вот знал одну женщину… Из номенклатурных такая. Первый секретарь горкома была то ли в Новоузенске, то ли в Новочеркасске… Нет, кажется не первый. Второй. Так вот она специально для себя бальзам заказывала в Мавзолей. Там были самые лучшие в мире специалисты по бальзамированию покойников!.. У них Ленин даже в войну не засыхал!..
- При жизни что ли?
- Ленин-то? Ну, нет, конечно. Война – когда, а Ленин – когда…
- Да нет, женщина номенклатурная – при жизни бальзам заказывала?
- Ну, конечно, это ведь надо было загодя заботиться.
- А сейчас, мне тут один из Челябинска говорил, полно этих бальзамов во всех российских аптеках. И очень, я скажу тебе, Исаак, дешево. Прямо баснословно!..
Любопытно, что старики склонны искать в смерти какую-никакую эстетику. Тогда как мы пока все еще полагаем ее драмой.
markovskaya1: (Default)

Геннадзий тут звонит. А я – иду. В смысле – хожу такая. После 10 вечера. Каждый день. Он говорит:  что это значит – хожу? Скорпиоза, я волнуюсь. Хожу!.. Она ходит! Как Мересьев? Или вы, мадам, как-то там особенно так ходите? Как-нибудь, возможно, под себя? Такое бывает, тьфу-тьфу-тьфу…  Что значит – спорт? Вы – и спорт?.. Слушайте. Этак же можно расплескать всю вашу знаменитую целомудренность! Она при ходьбе, конечно же, расплещется, но мало того – озябнет!.. Нет-нет, вы, Скорпиоза миа, мне это бросьте!..»

Вот я Геннадзия Анатольевича за вычурность и парадоксальность люблю, чтоб не говорить обожаю.  А ходить – да, хожу. 8 километров. Каждый день, в смысле вечер. И больше бы шла, но это весь мой городок, если следовать строго диаметром. От точки А до точки А же. Каковой является мой дом № 13 по улице Коразин.

markovskaya1: (Default)
Муж, значит, и Повелитель щас сообщает, словно бы в никуда:
- А позавтракал я плодами смоковницы в количестве шести штук...

Чистая правда. Ну, кроме блинов с шоколадной пастой, которые бы тоже можно перечислить, жаль не вписываются в ветхозаветный контекст.
markovskaya1: (Default)
путешествовали по северу. видели дыру в горе и древние руины. еще дуб и лавр. да много чего видели, на самом деле, не исключая колоссального размера порции в ресторане города Наария. вернулись, как говорится в школьных сочинениях, усталые, но довольные.

и тут потомки Казимира Карповича созвониться решили. ну, чтоб было ясно - сын папе позвонил. на свою голову. говорит:
- Ездили, папа, с друзьями смотреть природные и исторические достопримечательности севера Израиля...
- Что конкретно?
- Ну, пещеру, проломленную в бездну...
- Кто проломил известно? Ливия? Сирия?.. Я тут смотрел по телевизору - им же только дай!
- Папа, это природный катаклизм!
- Никогда не поверю!.. Еще что?
- Крепость еще.
- Нашу? В смысле - еврейскую?
- Нет, французскую. Или немецкую.
- Но они хотя бы на нашей стороне?
- Я бы так не сказал...
- Что, они поддерживают реакционные силы?!!
- Папа, это крепость осталась от крестоносцев. Руины сплошные.
- Я так и знал. Кто разбомбил?..
- Ну, Салладин, допустим.
- Вот!!! Иорданец! Я знал, что ты поехал в очень неспокойное место! Скажи, все действительно так ужасно?
- Папа, откуда ты черпаешь эту информацию?
- Ты не юли давай! Ты прямо отвечай: ужасно или нет?
- Папааа...

на самом деле совсем не ужасно. скорее очень наоборот.

кухня

Aug. 7th, 2011 05:38 pm
markovskaya1: (Default)
Вот высоколобые разговоры моих подвыпивших друзей обожаю. Вот это:

- Разве вы, Дима, не видели последний спектакль Серебренникова?.. Нет? Боже! Зачем вы живете!..
- Я, Алексей, искренне полагаю, что театр мертв! Нечего обсуждать! Театр мертв, погасли свечи!
- Чушь! Театр жив зрителем! Как литература жива читателем! Пока есть зритель…
- Какую хуйню вы несете, Алексей! Какую хуйню…

И так до бесконечности. Из пустого в порожнее. Великая русская школа кухонных споров.
markovskaya1: (Default)
А все-таки славянская культура. В смысле - русская литература как базовый наполнитель бедной моей головы.
Спрашиваю у мамы адрес нашего дома в городке Кацрин, что на на Голанах. Ну, кто не в курсе - дом уже есть, и как любой дом на планете, имеет адрес.
- Мама, - говорю, - нам же багаж отправлять, адрес скажи!
- Да. Записывай: улица Карамзин...
- Кого???
- Кого-кого... Улица Коразин.
- Тьфу, ты госсподи...
- Коразин, а ты что подумала?..

А я подумала Карамзин, Батюшков и Жуковский.

Дом номер 13, кому интересно. Ну, или бы это была не я.
markovskaya1: (Default)
Подружка, многоопытный торгаш, говорит:
- Поедешь, устроишься… Дело свое заведи, торгуй чем-нибудь, я не знаю… У нас – как? У нас «Дольче и Габана» с семидесятипроцентной скидкой не продается! Поэтому, торговать надо тем, что люди больше всего любят! А люди больше всего любят пить и курить!..

Открыть бы, конечно, магазин элитных вин и табаков. И в уголке немного современной русской поэзии. В дни акций (например – 6 июня, в Пушкиндень) каждому, купившему книгу Шестакова, Брятова, Королева, Каневского – бутылку какого-нибудь Chateau Petrus Grand. И пару сигар.
И мою улыбку впридачу.
markovskaya1: (Default)
Валентин Палыч на таком сочном суржике разговаривает, что прямо ел бы эту малорусскую мякоть. Говорит сейчас про дочкиного жениха:
- Я, Светка, ево ненавиджу!.. Такой лохмадей! Ты дыви, я в кухне сижу, чай пью с печевом. А вин из ванной выходэ. Як був - на сраци рушнык, ну, полотенце намотав туточки, такий чорт!.. А волосы, Светка, по плечам – як чэрви!.. Не, я тоби кажу: ево щастье, что я не пью! Не то я бы тому лохмадею показав, почем в Одессе рубероид!…
Видела я того лохмадея. Парень как парень. Волосы только, действительно, длинные. До лопаток почти.
markovskaya1: (Default)
Написали с Димой нереальной красоты песню. Гимн Тазовскому району. Дима говорит:
- Слушай, а где это – Тазовский район?
- Где-где… В звизде, Дима. 600 км от Салехарда в сторону Северного полюса. За Полярным кругом значительно…
- Н-да… Доеблись, таки, до мышей…
Но песня получилась хитовая, певица наша – дочь Ямальской тундры Лена Лаптандер ее записала, отправили заказчику, ждем приемки.
В топонимике красивого мало – Тазовский район по имени реки Таз. Еще есть река Пур. Тоже, так себе имечко. Но на ненецком языке звучит приятно – Тасу Ява. Вставила куда-то там, вроде ничего вплелось.

Выпили сейчас с Димой водки. Спели и разнюнились.
Я – потому, что Ямал в моей жизни прекращает быть. А Дима – потому, что я уеду, и прощай дуэт.
С одной стороны – грустно. С другой – хрентам. Границ давно нет, а Интернет, наоборот, есть.

Некстати. Сохнут назначил дату отъезда. 18 августа – прощай, немытая Россия, как сказал бы Лермонтов. Но я этого не говорю, потому, что (см. выше) – границ нет.
markovskaya1: (Default)
сегодня собирали в эмиграцию Мужское. рыболовные снасти, инструменты. почему-то барометр и бинокль, СД-диски, любимые киношки, какие-то технические и компьютерные штуковины.
в самый разгар позвонила мама, и нащет инструментов сказала, что у папы три комплекта любых молотков-отверток и дрелей и лишнего не берите.
параллельно выяснилось, что папа привез с собой помимо инструментов два ведра болтов.

мама тоже не промах, говорит: "я все отцовы снасти сложила в рюкзак. и написала в декларации "Рюкзак рыбака". отдала список перепечатать. эти дуры напечатали с ошибками. и меня таможенник спрашивает: " вот скажите, что это вы за кошмар ввозите? у нас страна все-таки пятьдесят лет воюет, а вы нам - ВОТ ЭТО!?".. я в список глянула, и сама оторопела. там написано "РЕЗАК РУБАКА"... и вправду ведь - ужас..."

представила себе этот резак. окровавленный. ну и рубака, со зверским лицом. заколдобилась, вообще-то.
и как не депортировали?
markovskaya1: (Default)
И, кстати, ходит, такой, сам нервничает, а сам виду не подает. И мне говорит: «Ну, вот ты, например, составила вопросы к консулу?.. Ведь точно – не составила!».
А я по простоте думаю, что это у консула ко мне должны быть вопросы. Типа, «какова хрена вы к нам собрались, или вам в России места мало?».
И я ему отвечаю: «Нет, не составила!» И он тихо взрывается: «Вот! Вот несерьезная какая женщина! Идет, можно сказать, на самый решающий в жизни шаг! И не запаслась никакими вопросами!»..
«Ну, а ты, - интересуюсь, - запасся?»
«А я, - говорит, - не такой! И я – запасся!»
«Ну, отлично. И что ты спросишь у консула?»
И он, девочки, победительно на меня глядя – конечно, он глава семьи, и все тщательно обдумал, и вообще человек практичный и ответственный – говорит:
«Я, например, спрошу – нужно ли чиповать кошку!»
Я тут и села. Потому, что как по мне, это если бы стоять в очереди к Богу лет пять, а придя спросить «какие цветы вам нравяцца?»..
Но я же была бы не я. И когда консул напоследок спросил: «Есть ли у вас вопросы?», я сказала, что у мужа вот имеется вопрос про кошку. На что остроумный консул поднял брови, засмеялся, и говорит: «Я похож на ветеринара?», а муж этот вытолкал меня в спину из кабинета.
markovskaya1: (Default)
- О! - говорит, - вечера как раз про тебя думал!.. Захожу в ванную, и вдруг вспомнил!
- Но-но! - говорю.
- Не, ну не в том смысле!
- Конечно, не в том! Увидел, небось, мочалку какую-нибудь драную…
- Перестань! Ну, какая мочалка!.. И почему сразу – мочалка? Может, я подумал про тебя, увидев белизну дорогого мрамора!
- Ептвоюмать. Если ты про надгробье, то не дождетесь!..
- О, господи. Ну, причем тут надгробье? Я, может, подумал про тебя, увидев энергично бьющую струю…
- Так. Это уже вообще непристойность какая-то!..
- Блин. Я не знаю, как с тобой разговаривать!..
Хеее. Да так и разговаривать – смеясь, чтоб не писать – ржа.
Page generated Jul. 28th, 2017 10:43 am
Powered by Dreamwidth Studios